Олег Замулин: «Умение общаться и убеждать важнее, чем конкретные знания»

Олег Замулин: «Умение общаться и убеждать важнее, чем конкретные знания»

Олег Замулин – декан факультета экономических наук НИУ ВШЭ, один из создателей программы совместного бакалавриата ВШЭ и РЭШ. Он не только возглавляет факультет, но и преподает на нем. Мы поговорили с ним про учебу за границей, уникальную программу «совбака» и непростые решения, которые нужно не бояться принимать.

Сразу после школы вы уехали учиться в Америку. Почему именно туда?

Мне повезло, потому что как раз когда я закачивал школу, в начале девяностых, было много программ обмена между российскими и американскими школами, они субсидировались государством. Первый раз, еще в десятом классе, я поехал с группой одноклассников на один месяц в школу в штате Миннесота, а после этого был уже индивидуальный обмен по инициативе ученика одной школы в Миннеаполисе. Он приехал ко мне на полгода в Новосибирск весной девяносто первого, а я осенью того же года поехал в Америку и проучился там семестр. Я стал узнавать, как там можно поступить в колледж, мне очень помогли и родители этого мальчика, и учителя в школе. Я понимал, что хочу изучать экономику, и мне казалось, что изучать ее в Америке было гораздо более осмысленно, так как на тот момент экономическая наука в России по понятным причинам была сильно оторвана от мировой. Таким образом, я поступил в Гриннеллский колледж.

Программы факультета экономических наук готовят студентов к продолжению обучения за рубежом?

Я не могу сказать, что наши программы ориентированы на то, чтобы студент дальше обязательно учился за границей. Но, если студент хочет продолжать академическую карьеру, хочет получить степень PhD, то я любому такому студенту буду рекомендовать поступить в хорошую западную аспирантуру.  Дело в том, что на данный момент в России аспирантур, сравнимых с лучшими американскими, просто нет. Мы строим такую аспирантуру в Вышке, я уверен, что мы ее построим, но сейчас мы должны принимать ту реальность, в которой живем. Если есть возможность учиться в Гарварде, такой возможностью нужно воспользоваться. В этом году у нас довольно много студентов поступает на PhD-программы. Пока рано подводить итоги, потому что процесс поступления еще не закончен, но приглашения из очень хороших зарубежных ВУЗов уже приходят. И речь идет о студентах и выпускниках разных программ нашего факультета.

На программы факультета экономических наук поступает большинство победителей и призеров Всероса по экономике. Что, по-вашему, привлекает олимпиадников в Вышке?

Думаю, это, в первую очередь, качество образования. Вышка двадцать лет демонстрирует не только высокие стандарты качества обучения, но и высокие этические стандарты. Абитуриенты это понимают, видят нашу репутацию. Большинство победителей Всероса идут на совместную программу ВШЭ и РЭШ, которая мне особенно близка,  так как я был одним из основных ее создателей и, что называется, вложил в нее душу. При разработке программы очень пригодился мой американский опыт. Мне нравится идея того, что называется Liberal Arts Education, когда человек, поступая в бакалавриат, проходит не только курсы по основной специальности, но может выбирать курсы самых разных направлений, хоть гуманитарных, хоть естественнонаучных.

Что дает студентам такое разнообразие для профессии в будущем?

Мне кажется, это здорово расширяет кругозор и позволяет студенту видеть свою специальность не в узкой рамке, а в более широком контексте. То общегуманитарное образование, которое мы пытаемся дать, стимулирует задавать правильные вопросы, видеть мир широко и понимать, что нужно изучать в первую очередь, а что может быть отложено на потом.  Причем это важно далеко не только для тех, кто потом посвятит себя науке. После университета студент может пойти в бизнес, и там тоже важно иметь общую эрудицию и креативность, уметь создавать нечто новое раньше, чем это сделает конкурент.  Руководитель много общается с людьми, для этого нужно иметь хорошее общее образование, а не только разбираться, скажем, в финансовой сфере.

Сложно ли формировать программу для «совбака», когда наряду с курсами по экономике можно выбрать курс, например, по биологии?

Часть дисциплин являются обязательным ядром – например, базовые курсы по математике и экономике студенты обязаны слушать, другие дисциплины они выбирают. Подыскать хорошую линейку предлагаемых курсов было непросто, потому что нужно было найти преподавателей, которые бы прониклись этой идеей.  Некоторые из них не являются сотрудниками ни ВШЭ, ни РЭШ – например, курс по биологии читает Александр Марков из Палеонтологического института. Потом, кстати, тот курс, который он разработал и внедрил у нас, он начал читать в МГУ. Такие находки – это энтузиазм людей, которые создавали эту программу. Я не могу сказать, что полностью удовлетворен той линейкой курсов, которая пока получилась, мы до сих пор над этим работаем.

В интернете есть немало ваших статей об экономике. Как вам кажется, важно ли присутствие преподавателя в интернете?

Я не думаю, что это обязательно, но желательно. Я себя в некотором смысле считаю популяризатором науки, потому что, мне кажется, мало просто преподавать студентам, нужно простыми словами объяснять людям, как устроена жизнь в экономическом плане. Мы должны участвовать в общественной дискуссии и пытаться объяснять, как устроена экономика, транслировать людям те знания, которые экономисты смогли собрать, чтобы люди лучше разбирались в том, что происходит.

Такой подход во многом перекликается с идеей курса по экономическому мышлению, который вы читаете на факультете.

Да, мы внедрили такой семинар на основной бакалаврской программе факультета. Собственно, он близок по духу курсу «Введение в экономику», который я ранее читал и на других программах, включая совместный бакалавриат с РЭШ. Идея заключается в том, что до того, как студент увидит жесткую теорию, нужно с ним обсудить важные вопросы и темы, которые изучают экономисты. Дело в том, что, как только начинается изучение строгих теорий, появляется структурированность мышления, но вместе с тем сразу начинаешь загонять себя в узкие рамки модели. И прежде чем это случится, нужно обо всех проблемах поразмышлять широко, дать волю воображению. Именно этим мы занимаемся на вводном семинаре «Экономическое мышление».

Ребята едут на олимпиаду за успехом. Они самокритичны, они переживают. Что нужно сохранить внутри себя на пути к успеху?

Олимпиада – это маленький шаг, таких шагов в жизни будет очень много. На каждом шаге можно оступиться, и не нужно из-за этого слишком сильно переживать. Нужно понимать, что неуспех локальный не означает неуспеха жизненного. А с другой стороны, если кто-то выиграл олимпиаду, это тоже не повод почивать на лаврах, потому что жизнь впереди еще длинная, и в итоге успех складывается из большого количества маленьких шагов.

На факультете экономических наук есть такое явление – неформальные встречи преподавателей со студентами. Что это дает и той, и другой стороне?

Студентам это дает большую мотивацию, большую вовлеченность. Они видят, что с преподавателями можно поговорить не только о предмете, но и о жизни вообще. Многим студентам может показаться, что преподавание – чисто механистическая вещь, но ведь у преподавателя есть некая философия, идеи о том, как и чему он хочет научить студентов. Об этих вещах проще поговорить за пиццей, чем в аудитории. То же самое и для преподавателя. Когда видишь за студентами живых людей, это мотивирует. Мы начинаем лучше понимать, что им нужно и чего не хватает.

Как бы вы могли описать свою преподавательскую философию?

Во всем мире преподавание экономики часто критикуют за то, что оно скатывается к перечислению различных моделей и демонстрации методов их решения. Потом у студентов остается неприятие моделей, они кажутся нереалистичными, искусственными. Более того, им непонятно, зачем им дали эти модели и какое отношение это имеет к реальной жизни. Мне кажется, эта критика зачастую оправдана. Не в том смысле, что эти модели не нужны, а в том смысле, что их неправильно подали. Стоит начинать не с моделей, а с важных вопросов. Объяснить для начала: есть то, что экономисты понимают, а есть то, что не понимают, и необходимо разобраться, почему так. И вот дальше можно обращаться к моделям, чтобы дать понять, что они могут объяснить, а что не могут, и как их можно потенциально модифицировать для приближения к реальности. Тогда студент начинает думать критически: он не просто знает, каков правильный ответ, он понимает, что по большому счету, правильного ответа нет – есть только гипотезы, которые необходимо подвергать сомнению.

Когда вы принимали предложение стать деканом, не было страха перед тем, что предстояло сделать?

Конечно, это было непростым решением, и было немного страшно. Но надо уметь принимать решения и не бояться этого. Это один из ключевых навыков, которому нужно обучать в вузе. Все-таки университет существует не для того, чтобы набить студента знаниями. Гораздо важнее научить умению брать на себя ответственность, умению общаться и убеждать. Честно говоря, мне кажется, эти умения важнее, чем конкретные знания.

Какие еще непростые решения были в вашей жизни?

Их было много, трудно выделить что-то одно. Я всегда пытался сформулировать для себя, чего я хочу от жизни, и делать те шаги, которые приблизят меня к осуществлению этих целей. Конечно, решение поехать в Америку было непростым, как и решение потом вернуться. Когда в конце девяностых я говорил людям и в России, и в Америке, что не собираюсь оставаться в Америке после окончания университета, многие смотрели на меня как на умалишенного. Оглядываясь назад, я не понимаю, что такого грандиозно смелого было в этом решении. Я никогда не хотел быть эмигрантом, мне это никогда не было близко и интересно. Я видел в этом что-то унизительное. Эмиграция для меня всегда выглядела как побег, а я для себя такого варианта не допускал и не допускаю.